Современное искусство

• Официальная страница
• Детали и фотогалерея
• Интервью о выставке на Вышка.Главное
• Репортаж HSE ART AND DESIGN SCHOOL
• Репортаж Школы философии и культурологии НИУ ВШЭ

Упражнение — амбивалентное понятие. С одной стороны, это может быть что-то несерьезное, простая разминка для тела или ума. С другой стороны, упражнение — необходимый момент любого серьезного начинания.

Концептуальное искусство самим своим существованием поднимает вопрос об онтологии искусства: в каком смысле и для кого искусство есть? В каком отношении находятся идея, концепция произведения, и его осуществленная, воплощенная, артефактная часть, которая предстает перед зрителем в определенном медиуме? Концепция, как правило, излагается в форме текста, которая исторически предназначалась для «передачи идей». Однако, нужно ли, чтобы такой текст был составляющей частью произведения, или он может принимать другие формы? Представленная выставка стремится к радикальной постановке вопроса о природе этих отношений. Радикальность достигается через многочисленные упражнения, которые осмысляют художественный, институциональный, эпистемологический и онтологический статус такого важного и малоизученного элемента современного искусства, как экспликация, а также исследуют ее возможности быть агентом концептуального искусства.

Каждая из экспликаций по-своему относится к «общему» артефакту — безымянному звуку таинственного происхождения, — и вместе с ним моделирует отдельное произведение концептуального искусства. Таким образом, в зале присутствует столько произведений искусства, сколько и экспликаций. Именно беспощадная множественность упражнений делает подход выставки подлинно философским.

В рамках каждого из представленных упражнений — концептуальных произведений искусства — тексты экспликаций создают оригинальные и необычные мыслительные и художественные ситуации. Некоторые тексты экспликаций превращают звук-артефакт в аудиоинсталляцию, перформанс, документацию, решение этической проблемы или тело художника. Некоторые ставят зрителя перед загадкой или вовлекают его в социальные движения, ритуалы, творческое пьянство и галлюцинации. Некоторые создают необычные мировоззренческие системы и дают множество невероятных объяснений о происхождении звука в зале. Некоторые поднимают сложные философские и художественные вопросы: есть ли искусство у животных и мaшин? говорит ли текст экспликации «о» звуке? имеют ли слова вообще значение? есть ли «реальность»? может ли искусство изменить зрителя, в т.ч. и телесно? что, если экспликация врет? Некоторые тексты содержат оммажи и вступают в диалог с множеством известных практик и художников 20 и 21 вв.

Экспликации написаны в разных стилях: от первого лица, от лица куратора, как биографический, технический или псевдо-художественный текст, а также в форме мало или никогда не опробованных в галереях форм, таких как заклинание, контекстная реклама, платонический диалог, намеренная ложь, сатира привычных форм экспликаций в разных жанрах современного искусства.

Взятые вместе, все концептуальные работы выставки поднимают вопросы о проблеме экспонирования произведений искусства: перед зрителями сотня произведений искусства или одно? лишь жест институциональной критики, шалость, или же что-то еще?

Поиски ответов на эти вопросы поручаются зрителям. Ведь они, находясь между текстом и звуком, получают множество странных перевоплощений своей зрительской сущности. Они — всезнающие наблюдатели, соучастники перформанса, сотворцы искусства, обманутые посетители галереи, жертвы опасного эксперимента. Они и участники упражнений и, зачастую, их исполнители.

Название выставки является оммажем работе французского писателя Реймона Кено «Упражнения в стиле» (Raymond Queneau. Exercices de style, 1947/1963), в котором одно обычное наблюдение с парижских улиц («записка») переписывается в 99 разных «стилях», а точнее — мировоззренческих оптиках. В этом многократном отношении с многочисленными «стилями», «записанный» оригинал теряется, и познание мира и язык превращаются в фейерверк «упражнений», а граница между «запиской» и ее стилистическими вариациями становится проблемной.

В нашем проекте, вместо «записки» находится таинственный звук, а «стили» Кено становятся разными экспликатoрными подходами, принятыми и непринятыми в практике современного искусства. В то время, оптики нарраторов Кено превращаются в творческую концептуалистскую работу. Как и в случае «Упражнений в стиле», «Упражнения в концептуализме» не являются попыткой продемонстрировать тривиальную идею о том, что любой объект может быть описан разными способами. Они — не вариация платоновского мифа о пещере или индийской притчи о слепых и слоне, в котором «истина» недоступна из-за ограничений нашего познания. Они — не проект об «относительности» текста или познания. «Упражнения» — это философский вопрос об искусстве и мире в самом чистом виде, бесконечная творческая работа, оммаж художественной любознательности и труду. Ведь не все упражнения удаются, но без ошибок и блужданий не достигается ничего ценного.

По глубокой надежде авторов, выставка также является оммажем великой традиции московского концептуализма, узнаваемой частью которого всегда были странные эпистемологические ситуации, вымышленные персонажи и неповторимый юмор.

Никола Лечич и Майя-София Жуматина

• Официальная страница
• Детали, фотогалерея, аудиогид и философская разметка экспозиции
• Репортаж НИУ ВШЭ

Посмотреть на человека и все его деяния философски — значит увидеть огромную реку мысли и ее многообразную историю, беспрерывно текущую из давнего прошлого к нашему времени; это значит увидеть, что все, что человек делает и творит, вытекает из этой истории мысли и втекает в нее. Искусство — важнейший участник этого процесса; художники — воины мысли, строящие в материале-медиуме своих искусств идеи. История философии — сухой субстрат самых важных мыслей человечества. Предложить истории философии заговорить в искусстве прямой речью — лейтмотив выставочного проекта «Мысль. Handmade».

Каждая художественная работа выставки «Мысль. Handmade» — фундаментальное философское воззрение или проблема, озвученная однажды одним из великих философов, а теперь поселенная и выращенная художником в форме современного искусства. В творениях художников перед зрителем живут, развиваются и раскрываются запутанные и смыслоутверждающие идеи Аристотеля, Августина, Декарта, Беркли, Канта, Гегеля, Маркса, Бергсона, Хайдеггера и Бодрийяра. Вынесенные из старых книг, в пространстве галереи-мастерской они становятся собеседниками: зритель может поговорить с ними о глубочайших проблемах жизни и смерти, самосознания, внешнего и внутреннего, пространства и времени, рассудка и интуиции.

Концепции арт-объектов выставочного проекта — это строгий и ясный текст. Его роль — быть четкой связью истории мысли и сделанного рукой художника материального объекта, который находится перед зрителем. Этот текст ничего не скрывает, а наоборот, делает содержание присутствующего искусства максимально прозрачным. Подобно Декарту мы убеждены, что таким образом у нас появится возможность узнать что-то новое о мире, увидеть место художественных идей в рамках общей истории мысли и, что самое важное, ясно увидеть идеи из истории философии как часть нашей жизни.

Декартовский завет ясности реализован и в напольной разметке экспозиции. Все экспонаты выставки являются философскими идеями, живущим в материале, а не иллюстрациями этих идей. Поэтому, объективная модель внутреннего единства всех экспонатов может быть буквально вынесена на поверхность. Связи выставленных работ вербализуются и предстают кристально понятными для зрителя, ориентируя его в переплетении идей.

Художники экспозиции «Мысль. Handmade» — скромные работники на ниве глубочайших идей западной цивилизации. Экспонаты на выставке представляют собой мыслительные микроскопы и телескопы, которые дают возможность проанализировать важнейшие идеи, которые лежат в основе нашего мировоззрения. Заботливый труд художников, благодаря которому появилась вся экспозиция является продолжением труда философов. Художники делают философию близкой жизни, чувственной и заботливой к миру и человеческим существам. Через их экспонаты философия перестает быть актом чистого мышления. «Мысль. Handmade» выполняет завет Маркса о том, что мир надо менять, а не только думать о нем; наши художники постарались превратить философию в действие, в кропотливый труд, который восполняет целостность мира и делает его более человеческим.